Майк О’Хирн: Естественный феномен

История самого известного натурального бодибилдера

Всё кажется слишком идеальным: безупречная причёска, миллионы долларов, заработанные годами работы на телевидении и сотнями фотосессий, настоящее поместье в солнечной Южной Калифорнии, верные хаски, которые ходят с ним в спортзал каждый день, шагают рядом по беговой дорожке и почти никогда не лают. А ещё этот самодовольный смешок на всех его фотографиях в социальных сетях — их он публикует так много, что можно подумать, будто это его основная работа.

Но если бы ты выглядел как Майк О’Хирн, тоже улыбался бы весь день напролёт. Потому что в свои 46 лет О’Хирн, ростом 190 см, весит 119 кг — это плотно сложенное тело с чёткой мускулатурой и постоянным процентом жира — всего 6%.

Даже несмотря на все данные ему природой преимущества, остальные из нас могут хотя бы найти утешение в том, что знаем, как он достиг такого тела и как сохраняет форму, правда? Намекаем, намекаем... Но Майк О’Хирн клянётся всем святым, на могилу которого угодно, что он всегда был и остаётся полностью естественным.

Когда люди это слышат, они отворачиваются в недоумении. На форумах пишут, что это полная чушь. Ведь большинство из нас имеет собственное представление о том, чего человек может достичь естественным путём, а по любым меркам, у О’Хирна слишком много всего сразу: нельзя быть одним из самых известных фитнес-моделей всех времён, обладать силой, соответствующей своей внешности, иметь лицо модели и долгую карьеру — и всё это без допинга?

«Мне было 16 лет, когда я весил 122 кг», — говорит О’Хирн с улыбкой. — «Всю жизнь мне говорили, что я принимаю стероиды. По сути, я всегда весил одинаково. То, чему я научился со временем, — это тому, как сбрасывать жир, сохранив мышцы».

Если одноклассники сомневались в этом в 16 лет, то весь мир задавался тем же вопросом после того, как он появился в роли Тора в первом сезоне шоу *American Gladiators* в начале 90-х. Многие из актёров позже признались в использовании стероидов, что косвенно компрометировало и О’Хирна. Но он всегда утверждал, что был натуральным, даже несмотря на то, что был крупнее и сильнее своих коллег, принимавших допинг.

Когда он позже снова появился в перезапуске шоу в 2008 году — уже в роли Титана и в ещё лучшей форме — это вызвало ещё больше недоумения.

“Мир может гадать сколько угодно. Есть только один подтверждённый факт: О’Хирн ни разу не провалил допинг-тест, и тестов на наркотики он прошёл почти столько же, сколько сделал селфи.”

Тесты для перезапущенной версии *Gladiators* («NBC проверяла ВСЁ», — говорит он), а также тесты, сдаваемые на показах натурального бодибилдинга, ничего не показали. Как и полиграф, добавляет он, который используется в некоторых федерациях натурального бодибилдинга и пауэрлифтинга. И при наличии длинного списка чистых результатов анализов и детектора лжи, а также стенда, заваленного наградами (О’Хирн — четырёхкратный Natural Mr. Universe и член Зала славы натурального бодибилдинга), его до сих пор преследуют хейтеры, которые оставляют саркастические комментарии под почти каждым постом в соцсетях.

Природа регулярно создаёт freaks (причуды природы). Достаточно взглянуть на мышечных бельгийских голштинов или людей с дефицитом миостатина, которые набирают мышечную массу без тренировок. Но после стольких случаев, когда спортсмены оказывались мошенниками и лжецами, у нас не остаётся места для генетических исключений в спорте, особенно в бодибилдинге.

Поэтому комментарии сыплются:

«Да ну!», «Не может быть!», «Как он вообще может утверждать, что он натуральный?»

И это ещё то, что можно напечатать.

Забавно, но сам О’Хирн даже не считает себя freak’ом природы. Он видит в своём теле результат своей жизненной истории — которая происходила практически целиком в спортзале. Для самых скептичных это поможет понять, если посмотреть фото, где он играет в футбол в старшей школе (он был капитаном команды три года и получил звание All-American) в своём родном городе Kirkland, штат Вашингтон. На групповых фото О’Хирна узнать легко. Он был почти на фут выше и шире большинства своих товарищей. Также он был тяжелее их на 30–40 кг.

Масса начала расти на его телосложении ещё в 11 лет. Именно тогда его отец, Патрик О’Хирн, сам натуральный бодибилдер, начал водить Майка в зал. Гиганты были повсюду. Среди них — легенды пауэрлифтинга: Дойл Кенади, Дуг Фёрнас и Джефф Магрудер.

“Когда тебе 11 лет, и ты видишь таких парней каждый день, это искажает твоё понимание нормального и возможного”, — говорит он. — “Если ты тренируешься в обычном зале типа 24 Hour Fitness, приседание с 140 кг будет казаться тебе очень тяжёлым. Это просто факт. А в среде, где 360-килограммовая становая тяга — это норма, моё восприятие отличалось от восприятия других детей.”

К 14 годам он уже участвовал в соревнованиях по натуральному бодибилдингу. Он выиграл титул Mr. Teenage Washington, при росте 175 см и весе 78 кг. За следующие два года гормональный бум дал ему стремительный рост до 190 см и увеличение веса примерно на 45 кг, пусть и не совсем сухой массы.

Всё это время он учился основам того, что позже довёл до совершенства и назвал «power bodybuilding» — системе, сочетающей развитие силы и объёма мышц, чтобы удовлетворить потребности и силового, и эстетического атлета: тяжёлые веса, малое количество повторений, но большое количество подходов. Если классическая схема бодибилдинга — 3 подхода по 10 повторений, то типичная схема power bodybuilding — 7 или 8 подходов по 3 повторения — без учёта разминки. (Подробнее о системе О’Хирна можно прочитать на странице 126.)

Он считает именно эту систему, а не множество генетических факторов, которые могли работать на его стороне, ключом к своему успеху в бодибилдинге.

“Все делают одно и то же, когда готовятся к выступлению”, — говорит О’Хирн. — “Они переходят с тяжёлых весов и большого количества калорий на кардио, лёгкие веса, много повторений и дефицит калорий. Это общепринято. Вы становитесь худыми и меньше в объёме. Так было и со мной. Но я рано понял, что если продолжать работать с тяжёлыми весами, мышцы остаются. Когда ты снижаешь жир, в суставах становится меньше жидкости, и травмы более вероятны, поэтому я замедлил темп выполнения. Это сложнее — штанга кажется гораздо тяжелее, когда ты "сушёный", — но я к этому привык, и в результате получаешь более полные и плотные мышцы.”

ТУРНИР ТИТАНОВ

Для человека, который стал знаменит благодаря телешоу, которое давно закрыли, интерес молодёжи к нему довольно удивителен. На каждом мероприятии, где он появляется, например, на Arnold Sports Festival в Колумбусе, штат Огайо, в марте, за каждым зрелым поклонником 40–50 лет следуют несколько подростков и молодых людей 20–30 лет. Та же картина наблюдается и на групповых тренировках, проходящих в нескольких кварталах от выставочной площадки в Metro Fitness.

Там группа из семи молодых мужчин и один мужчина около 40 лет окружает О’Хирна, одетого в джинсы красного цвета, чёрные мокасины, зимнюю шапку и футболку с надписью «Titan Tour 2015», на которой логотип его системы Power Bodybuilding — буквы PB внутри геральдического щита в стиле супергероя.

Закончив демонстрацию техники приседаний, О’Хирн говорит: «Хорошо. По одному на платформу». Он наблюдает за каждым, указывает на ошибки техники и не сдерживает мнения. Персонализированный подход стоит денег; пока один получает советы, другие ждут довольно долго. С точки зрения постороннего — это неудобно. Однако клиенты, заплатившие по $250 за занятие, единодушны: эти деньги потрачены не зря.

“Это абсолютно того стоит”, — говорит Джейкоб Поли из Николсвилля, штат Кентукки, специально приехавший, чтобы тренироваться с О’Хирном. — “Я больше доверяю ему, чем другим фигурам фитнес-индустрии. Он — четырёхкратный Natural Mr. Universe, и таких натуральных мужчин мало. Очевидно, его метод работает, ведь ему за 40, а он всё ещё приседает с 317 кг”.

В тот субботний вечер в Metro Fitness было полно участников Arnold Sports Festival, которые успевали потренироваться перед финалом по бодибилдингу. Пройти по залу было так же сложно, как и по выставочной площадке — практически невозможно. Когда группа О’Хирна заняла одну из силовых клеток для становой тяги, двое здоровенных парней, которые раньше занимались там, а сейчас отлучились ненадолго, вернулись и обнаружили, что место занято. Они недовольны и явно хотят высказать своё мнение. Один из них берёт О’Хирна за руку.

«Эй, чувак, ты не против?» — спрашивает он, доставая телефон, — «можно сделать фото?»

Сессия продолжалась более трёх часов. Некоторые просили помощи с техникой. Другие спрашивали советов по питанию перед предстоящими соревнованиями. Но главной причиной, почему все пришли, была не техника и не диета. Все просто хотели провести время с ним. Растущая база фанатов, говорит О’Хирн, во многом обязана социальным сетям.

“Соцсети позволили людям заглянуть в мою жизнь”, — рассказывает он. — “Во многих статьях обо мне писали как о жестоком, беспринципном типе, который всё делает до предела. Но когда умерла моя собака Банни, и я не побоялся этим поделиться — и другими моментами, не такими "альфовыми", — люди откликнулись. Ко мне подходили на выставке мужчины из Индии, Дубая и других удалённых уголков мира и говорили, что молились за меня. Они стояли в очереди, чтобы сказать: “Я плакал, когда ты плакал”. Это было по-настоящему особенным.”

НИКОГДА НЕ СОБЛАЗНЯЛСЯ

Выросший в такой жёсткой среде, знакомство с допингом произошло быстро. И не только в спортзале. Самый младший из девяти детей, О’Хирн говорит, что двое его братьев и одна сестра принимали стероиды. Вместо соблазна, это имело обратный эффект.

“Если у тебя есть братья, между вами сразу возникает конкуренция”, — говорит он. — “Что бы они ни делали — будь то питьё алкоголя или засиживание допоздна — я хотел делать наоборот или лучше. Что касается стероидов, я был слишком молод, чтобы понимать, что происходит в мире бодибилдинга и пауэрлифтинга. Потом люди начали говорить мне: “Вот что все делают в журналах. Вот что делают все бодибилдеры”. Я ответил: “Если это делают все, то я победю их без этого”.

«Со стероидами всегда бывают взлёты и падения», — продолжает О’Хирн. — «Я видел, как мои братья достигали уровня намного выше моего. Например, в становой тяге они поднимали 227 кг, а я — 181 кг. Но когда они выходили из курса, их уровень падал до 204 кг, а я догонял. Потом они поднимались до 272 кг, а я был на уровне 227 кг, затем они опять снижались. Я думал: “Зачем становиться лучше, а потом хуже? Если я собираюсь тратить столько времени, я хочу сохранять прогресс”».

Его рекорды в итоге были впечатляющими: приседание 369 кг, жим лёжа 272 кг (а также 227 кг на наклонной скамье), сумо-становая 351 кг.

“Мог ли я установить рекорды с допингом? Да. Был бы я таким же, как сейчас? Нет. Стероиды старят вас. Разрушают соединительные ткани. Со временем что-нибудь обязательно порвётся.”

Соблазн избежать было легко, говорит он, благодаря быстрому успеху.

“Когда тебя замечает Джо Вайдер — он подходит к тебе на Mr. Olympia и говорит: “Мне нужен ты на обложке моих журналов”, и тебе всего 20–21 год — ты понимаешь, что то, что ты делал до этого, было достаточно. Соблазнился бы я, если бы не добился успеха? Надеюсь, что нет, но тогда я и не хотел быть мистером Олимпией весом в 136 кг. Мне нужен был приятный экстерьер. Я считаю своё тело произведением искусства, и это моё произведение.”

Обратно в зале, О’Хирн даёт последний мастер-класс дня — по технике жима лёжа. В этот момент его снова прерывают — кто-то кладёт руку ему на плечо, слишком нетерпеливо, чтобы ждать. Он оборачивается и видит невысокого мужчину, который смущённо извиняется.

«Простите, — говорит мужчина, — но я из Иордании, и я тоже ваш большой поклонник. Можно сделать фото?»

На лице О’Хирна застыла улыбка, он позирует с мужчиной, ничуть не удивлённый встречей с новым фанатом, каким бы необычным тот ни был.

Такие вещи происходят с Майком О’Хирном каждый день, и на данном этапе его жизни это уже совершенно естественно.